Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Приложение2 Интервью с И.Д. Рожанским

Интервью с И.Д. Рожанским (запись СР. Филоновича)

Во-первых, повторяю о происхождении нашей семьи. Тут мнения расходятся. Есть такая точка зрения, которая, правда, никаким документами не подтверждается, что мой дед, Аполлинарии Николаевич, происходил из духовной семьи. Он был сыном священник. У меня есть послужной список Аполлинария Николаевича, и то что его отец был коллежским асессором. Коллежский асессор не духовное лицо. Это чиновничье лицо. Но больше о нем ничего не знаю. Я помню, когда я своего отца давно-давно спрашивал, тоже о деде ничего не знал. Дело в том, что Аполлинарий Николаевич умер, еще когда мой отец был молод. Он примерно в 1900 г.' eD Он, по-видимому, не рассказывал о своих родителях. Это одна точка зрения. Другая точка зрения состоит в том, что вообще фамия Рожанские - это фамилия польского происхождения. Дело в том что Рожанских я не так много встречал в своей жизни, но встреч-иг причем есть Рожанские - русские, есть Рожанские - евреи. Это указывает на то, что эта фамилия связана с географическими названиями- Действительно, в Польше есть такой городок или местечко рожаны. Я даже там был во время войны, когда проходил Польшу. И говорят, что жителей этих Рожан называют рожанские. Поэтомупонятно, что там были и евреи, и поляки и, может быть, русские. Но никаких более близких предков, которые бы подтверждали это соединение с Польшей, я тоже не знал. Сам Аполлинарий Николаевич, мой дед, был человеком очень строгих правил! В частности мама, когда он познакомилась с отцом, бывала у них дома, и потом рассказывала, что всегда со страхом туда приходила, потому что этот Аполлинарий Николаевич Рожанский был такого старорежимного плана, домостроевец... Не разрешалось, чтобы дети выступали за столом, перебивали взрослых. Ее такая холодность обстановки смущала. На детей большее духовное влияние оказал не Аполлинарий Николаевич, а его жена Ольга Ивановна, урожденная Морозова. Она была из петербургской старообрядческой купеческой семьи. В Петербурге был такой известный ювелирный магазин Морозовых. Вот этот самый Морозов был ее отцом. Рано в молодости, это было примерно в семидесятые годы XIX столетия, когда как раз такие были настроения среди молодежи, вольнодумные, она решила стать врачом, поступить на земские медицинские курсы. Потом они назывались Женский медицинский институт. Но вот мой прадед, т.е. дед*эего отца, этот Морозов, он был категорически против. Она ушлагз семьи. Отец ей никакого наследства не оставил. Она ушла из сечьи. поступила на курсы, потом сдала экзамены на врача, а потомвышла замуж за Аполлинария Николаевича. Как они познакомись, я не знаю. У них было четверо детей. Две сестры и два брата,тарщая сестра Ольга Аполлинариевна, не выходила замуж, рабоа педагогом и уже после войны умерла в Ленинграде. Вторыммой отец, третьим мой дядя Николай Аполлинариевич... Онфизиологом. О нем даже была книжка издана. Ее написал одинчат * ^чеников- Братья были немножко похожи, в чем-то и разлиДво Ь дшая сестра была Вера Аполлинариевна. У нее былоСя ыновей: один радиотехник, он умер довольно рано, в шестиде-Кя.0 ГоДах... Второй ее сын Глеб Иванович Тягунов. Это то, что Касается нашей семьи.

Разница между Николаем Аполлинариевичем и моим отцом состояла, в частности, в том, что мой отец всегда был чужд политической деятельности, он политикой не занимался. А Николай Аполли-нариевич политикой занимался, был членом социал-революционной партии, был даже арестован, сидел, но где-то между 1910 и 1917 гг. когда начал научную деятельность, он перестал заниматься политикой. Он был учеником Павлова.

Мой отец родился и рос в Киеве и кончил Киевскую гимназию, он в двух гимназиях учился. Я боюсь ошибиться, но, по-моему, сначала в первой, а потом в четвертой. Одна из этих гимназий была та, что позже окончил Булгаков. Если вы видели мхатовскую постановку "Дни Турбиных", то там в одной из картин лестница в вестибюле, которая, как мне говорили, скопирована с лестницы в этой булга-ковской гимназии. Вот отец тоже там учился. Здание сохранилось. Во всяком случае до войны она существовала.

Я как раз собрал фотографии, которые можно будет использовать. Вот это дом в Киеве, где родился мой отец, собственно дом принадлежал как раз дедушке Аполлинарию Николаевичу.

Окончил он гимназию в 1899 г. Примерно в том же году он познакомился с моей матерью. Моя мать была родом из Сибири, она училась в Петербурге. Были такие Фребелевские курсы, это курсы дошкольного воспитания детей. И вот в это примерно время, не знаю по каким-то причинам, она была в отпуске под Киевом в одной деревне, и там были Рожанские, в том числе мой отец. Они познакомились и вскоре поженились. Мой отец переехал в Петербург, в 1899 г. он поступил в Петербургский университет на физико- математический факультет. Я знаю, что до какого-то времени было запрещено жениться студентам, но я не помню, может быть это касалось каких-то других заведений. Почему отец выбрал физико-математический факультет, он никогда не рассказывал. У меня сохранились его рукописи гимназического возраста, там ничто не говорит о его склонности к физике. Журнал он какой-то классный выпускал, сам в этот журнал писал, какие-то рассказы, стихи, но никаких намеков на его склонность к физике я не нахожу. Я не знаю. Но, по-видимому, он это сделал сознательно, поскольку поехал в Петербург как раз для того, чтобы поступить на физико- математический факультет. Да, там были два основных физика: Хвольсон и Борг-ман. Он по существу на последних курсах работал с Боргманом, Боргман был больше теоретиком, он хорошо знал теорию Максвелла, он повлиял на отца, на судьбу его дальнейшую. В специальности. В 1904 г. он окончил университет с отличием, поскольку был оставлен, как было сказано при университете для подготовки к профессорству, к ученой степени. Но одновременно он поступил лаборантом в Ленинградский электротехнический институт, теперь он так называется, а летом 1905-1906 гг. он на летний семестр ездил в Германию, в Гёттинген. Там работал в Институте прикладной электро-техники, директором которого был профессор Зимон, очень известный. И, видимо, под эгидой Зимона он сделал первые работы по искровому разряду, первые работы из той серии как раз относятся к этим годам. В 1904 или 1903 г. у отца родился сын, мой старший брат Всеволод, но он недолго'прожил, в 1914 г. умер от менингита. Это было для моего отца большим ударом, он очень любил его. По-моему, он любил его больше, чем других своих детей. А магистерскую диссертацию он защищал в Петербурге. Да-да, в 1911 г. В этой папке есть ксерокопия этой диссертации. Вот еще фотография: справа -моя бабушка, мама и отец, а еще какая-то женщина, мне неизвестная. Сразу после защиты диссертации он был приглашен в Харьковский университет, вначале на должность доцента, а уже через год он был исполняющим обязанности профессора, а потом профессором. И был там до 1921 г. Вот это такая забавная фотография, это он в Гёттингене. Говорят, что я похож на отца. Не знаю. У меня больше черт от матери, у него форма головы, лица удлиненная такая, овалом, а у меня нет. Вот это в харьковской лаборатории. В Харькове эти годы, может быть, не были столь плодотворными в научном смысле, но они были плодотворными в смысле того, что отец основал там харьковскую физическую школу.

Ссылки:
1. Репрессии в Политехническом институте и ЛФТИ
2. Рожанский Д.А.: жизнь под Змиевым

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»