Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

ШКЛОВСКИЙ В.Б. И ИСТОРИЯ АРКАДИЯ БЕЛИНКОВА

Совсем не фанатическая ограниченность и равнодушие двигают моё перо.

Юрий Белинков Литературовед Белинков был очень непростой человек. И ключевое слово в его понимании было - "ненависть". Не только его книга об Олеше теперь издана, изданы и малоизвестные вещи Белинкова. Фактически основой книги - "Распря с веком (В два голоса)" 2 12ф - стал диалог Аркадия Белинкова и Натальи Белинковой . Диалог, получившийся сведением эссе литературоведа и статей его жены. Речь в нём идёт не только о литературе, а о соотношении времени и творчества: что рассыпается сразу, что размывается годами, а что остаётся наперекор безжалостному времени. Человек и власть, русский и заграница, Виктор Шкловский и Юрий Олеша - тем в этой книге много. Но есть в ней и одна примечательная особенность - там помещена проза Белинкова, из-за которой он попал в лагерь : "Черновик чувств", а также "Печальная и трогательная поэма о взаимоотношениях Скорпиона и Жабы, или Роман о государстве и обществе, несущихся к коммунизму". Сейчас эту прозу читать очень странно: с одной стороны, она совершенно не литературна, с другой стороны, такое впечатление, что у автора напрочь отсутствует чувство самосохранения. Не сбоит, а именно отсутствует. Голос Белинкова - это голос, не похожий ни на чей другой. Голос одиночки, не вписывающийся ни в какую властную идеологическую концепцию, но также не вписывающийся в стилистику "классического" противостояния власти. Это совершенно не значит, что с Аркадием Белинковым нужно во всём согласиться - вовсе нет. Очень часто он в рассуждении идёт на поводу у какой-нибудь мифологической истории или неточной детали. Но это не умаляет ценности самой его мысли. Она часто становится поводом для спора с ним, умершим ещё в 1970 году. Когда с мёртвыми писателями спорят - они как бы и не совсем мёртвые. На исходе войны Белинкова арестовали и обвиняли в том, что он, "будучи враждебно настроен к советскому строю, в кругу знакомых лиц, высказывал свои антисоветские убеждения и клеветнические измышления о советской действительности и руководителях Советского государства, а также создал вокруг себя группу и написал ряд произведений антисоветского содержания". Но одним из мотивов ареста был как раз Шкловский - лиса, продолжавшая жить в пушных магазинах.

Нарком госбезопасности В. Н. Меркулов сообщал А. А. Жданову , что писатель Шкловский среди прочих говорит: "В литературе, особенно в военной журналистике, подбираются кадры людей официально-мыслящих, готовых написать под диктовку. Существует болезнь свежей мысли. Даже Эренбург мне жаловался, что установки становятся всё более казёнными. <...> Проработки, запугивания, запрещения так приелись, что уже перестали запугивать, и люди по молчаливому уговору решили не обращать внимания, не реагировать и не участвовать в этом спектакле. От ударов всё настолько притупилось, что уже не чувствительны к ударам. И, в конце концов, чего бояться? Хуже того положения, в котором очутилась литература, уже не будет. Так зачем стараться, зачем избивать друг друга - так рассудили беспартийные и не пришли вовсе на Федина . Вместо них собрали служащих Союза советских писателей и перед ними разбирали Федина, и разбирали мягко, даже хвалили, а потом пошли и выпили и Федина тоже взяли с собой. Союз стал мёртвым, всё настолько омертвело, что после Асеева, после Зощенко, после Сельвинского, после Чуковского [ 104 ] - Федин уже не произвёл действия. Довольно! Хватит! Надоело! Можно и не пойти - так почувствовали люди и не пошли. С проработками больше не выйдет. Пусть придумывают другое" 2 13ф Шкловский ходил на свободе, а Белинкова допрашивали в тюрьме - усердно и дотошно. Протоколы допросов Белинкова сохранились и уже несколько раз опубликованы. Вот, к примеру, несколько из них:

См. Протоколы допросов Белинкова Пятого августа 1944 года " Белинкова Аркадия Викторовича, 1921 г. р. , урож. гор. Москвы, еврея, гражданина СССР, обвиняемого по статье 58-10 , ч. 2 УК РСФСР Особое Совещание постановило заключить в исправительно-трудовой лагерь сроком на восемь лет, считая срок с 30 января 1944 года". Потом, в мае 1951 года, уже в Карлаге Военный трибунал войск МГБ Казахской ССР добавил ему ещё десять лет с последующим поражением в правах на пять. Однако тут же трибунал оговорился и добавил ещё - до двадцати пяти . Потом у Белинкова случилось всякое - когда он вернулся в 1956-м, долго не мог найти работу. Много лет спустя, 19 июля 1962 года, Чуковский записал в дневнике: "Трагично положение Аркадия Белинкова. Он пришёл ко мне смертельно бледный, долго не мог произнести ни единого слова, потом рассказал со слезами, что он совершенно лишился способности писать. Он стал писать большую статью: "Судьба Анны Ахматовой", написал, по его словам, больше 500 стр., потом произошла с ним мозговая катастрофа, и он не способен превратить черновик в текст, пригодный для печати. - Поймите же, - говорит он, - у меня уничтожили 5 книг (взяли рукописи при аресте), я не отдыхал 15 лет - вернувшись из ссылки, держал вторично экзамены в Литер. И-туте, чтобы получить диплом, который мне надлежало получить до ареста (тогда он уже выдержал экзамены), - тут слёзы задушили его, и он лишился способности говорить. Я сидел ошеломлённый и не мог сказать ни единого слова ему в утешение. Он дал мне первые страницы своей статьи об Ахматовой. В них он говорит, что правительство всегда угнетало и уничтожало людей искусства, что это вековечный закон - может быть, это и так, но выражает он эту мысль слишком длинно, и, в конце концов, она надоедает и хочется спорить с нею. Хочется сказать: а "Одиссея?" а "Война и Мир?", а "Ромео и Джульетта"?, а "Братья Карамазовы?". Потом Белинков извилистым путём бежал в США - такие побеги были редки, и об этом говорили глухо. Говорят, что за побег на него завели новое дело, но, кажется, оно до сих пор не найдено - известен только его трёхзначный номер. Литературовед Белинков был очень непростой человек. Ключевое слово в его понимании было - "ненависть". Он ненавидел советскую власть - и ему было за что её ненавидеть. Однако тут есть беда, которая всегда сопутствует даже оправданной ненависти. Ненависть не созидательна, вот в чём дело. В старых сказках для оживления героя используют две жидкости. Сначала льют мёртвую воду, а затем - живую. Мёртвая вода уничтожает раны, а живая - заставляет его сердце биться. Нельзя питаться одной только мёртвой водой. Но и у Белинкова была своя правда, когда он, горя огнём ненависти, писал: "Когда я упрекаю Сергея Эйзенштейна за "Ивана Грозного" или поношу Виктора Шкловского за книги, в которых он оплевывает всё хорошее, что сделал в молодости, то не нужно укорять меня за фантастическую ограниченность, за то, что я такой же, как и те, кто вызывает у меня отвращение, только наоборот, и за глубокое равнодушие к прекрасному искусству. Меня просят простить Эйзенштейна за гений, Алексея Дикого , сыгравшего Сталина после возвращения из тюрьмы (лагеря, заключения), за то, что у него не было иного выхода, Виктора Шкловского за его прошлые заслуги и особенности характера, Илью Эренбурга за статьи в "Красной звезде" во время войны, Алексея Толстого, написавшего "Хлеб", пьесы об Иване Грозном и много других преступных произведений, за брызжущий соком истинно русский талант, простить Юрия Олешу за его метафоры и несчастья. Мне советуют это друзья, люди, которых я люблю, которым нравится то, что я пишу, с которыми мы не расходимся в самых главных вопросах истории, социологии, географии, искусства, политики: мы не спорим о том, что Екатерина II правила с 1762 по 1796 год, что демократия лучше, чем тирания, что Либерия расположена на атлантическом побережье Африки, что драматургия Чехова ещё ждёт своего подлинного воплощения и что на современных государственных деятелях лежит огромная ответственность за сохранение мира. Я внимательно прислушиваюсь к мнению своих друзей и готов послушаться доброго совета. Простим гениального Эйзенштейна, прекрасных актёров и писателей - Виктора Шкловского, Илью Эренбурга, Алексея Толстого и Юрия Олешу. Простим всех и не забудем самих себя. Простим и станем от этого ещё возвышеннее и чище.

Только зачем всё это? Ну, простим. Ну, станем возвышеннее и чище. Но будет ли это научно? Я ведь писал о том, что они негодяи и предатели, не потому, что вот лично у меня Алексей Толстой отобрал рубль. Наоборот, когда меня арестовали, он даже пытался помочь мне, чего старательно избегали другие, объясняя многое сложностью международного положения. Я пишу о том, что они негодяи, именно потому, что это научно, а для науки мы готовы на всё. И вот для науки я заявляю, что дело не в прощении, о котором меня все просят, в том числе и беззащитные женщины, немощные старики и малые дети, а в том, что без науки нельзя объяснить причины падения и гибели русской интеллигенции. Вы хотите защитить этих прекрасных людей и себя тоже, а ведь это к науке отношения не имеет. Защищая и требуя от меня душевной щедрости и понимания, вы мешаете понять и объяснить, почему десятилетиями уничтожается русская интеллигенция, разоряется крестьянство, обманываются рабочие, почему десятилетиями проливается кровь людей, которых подозревают в том, что они что-то поняли, и тех, кто никогда ничего не понимал и проливал кровь других вместе с вами, почему развязываются гнуснейшие войны и заключаются бесстыднейшие союзы, почему происходит невиданное, неслыханное растление двухсотмиллионного народа. Проливаемая кровь, растоптанная демократия, растление народа совершаются с помощью попустительства тех, кто всё понимает, или сделал вид, что его обманули, или дал себя обмануть. Никто не оказал сопротивления тогда, когда это было легче, чем не оказывать его, когда это грозило гибелью, и никто не оказывает его сейчас, когда это грозит только неприятным ощущением от тяжёлого вздоха председателя месткома. Но время уже упущено, и люди, которые безостановочно проливали кровь, лгали и растлевали, поняли, что без этого им не удержать захваченной власти, и поняли, что с вами они могут сделать всё, что им нужно, и уже сделали много. <...>Я считаю, что необходимо бороться с Софроновым и Шолоховым , с которыми вы не боретесь. Но это невозможно до тех пор, пока люди не поймут, что сначала нужно победить предателей, которых так много под схимой страдальцев и чистоплюев, тех, кто испугался борьбы, застеснялся, струсил, перебежал и сдался" 2 15ф

Ссылки:
1. ШКЛОВСКИЙ ВИКТОР БОРИСОВИЧ: СОЛДАТ, ЛИТЕРАТУРОВЕД

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»