Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Смертельная диллема Василия Новобранца. Спасла война

Весь следующий день он в бездействии. Не выходит из кабинета и никого не принимает. Еще день. И вдруг в самом конце дня телефонный звонок.

Генерал-лейтенант танковых войск (впоследствии маршал бронетанковых войск) Рыбалко , однокашник Василия по Военной академии им. М. В. Фрунзе и один из ближайших его друзей, хочет зайти повидаться перед отъездом по новому назначению. Василий с радостью принимает его. Теплая, дружеская встреча, сбивчивые радостные разговоры, и Василий, естественно, выкладывает главный свой вопрос. Сообщает и свое решение. Рассказав, спрашивает:

- Ну, как ты думаешь?

- А ты знаешь, чем это для тебя пахнет?

- вопросом на вопрос ответил Рыбалко.

- Знаю. Но я хочу знать, как ты поступил бы на моем месте?

- Это нечестно, - посерьезнел Рыбалко, - так ставить вопрос. Мне мой ответ ничем не угрожает, а тебя он на смерть может толкнуть.

- Нет, ты все же мне скажи, как бы ты поступил на моем месте? Я тебя знаю как человека мужественного и честного, и я не хотел бы, чтобы ты сейчас вилял.

- Я не виляю. Я просто не хочу отвечать.

- Нежелание отвечать - это уже ответ. Но мне сейчас хотелось бы слышать слово друга, которого я люблю. От твоего ответа ничего не зависит. Я поступлю, как наметил, но я хочу слышать, как поступил бы ты.

- Ну, что же, слушай. Если бы я был на твоем месте и не растерялся, не упал духом, если бы мне пришел в голову твой план, я бы его осуществил, чего бы это мне ни стоило.

- Ну и я не хуже тебя! План свой я выполню. И если мы больше не увидимся, то при случае скажи, что погиб я за Родину. А сейчас иди, я приступаю к выполнению плана немедленно. Рыбалко, горячо простившись, ушел.

Новобранец достал из сейфа проект сводки * 8; экземпляр * 1 положил обратно в сейф, с * 2 возвратился к столу. Развернул. На первой странице в левом верхнем углу стояло "Утверждаю" Начальник Генерального Штаба Жуков Г. К. Василий взял ручку и пред словом "Начальник" поставил "п/п", что означало "подлинный подписал". Затем открыл последнюю страницу. На ней, в конце сводки, стояли две подписи. Верхняя нач. ГРУ Голикова, вторая начальника Информационного управления Новобранца. Василий пристроил "п/п" и к подписи Голикова, затем решительно расписался на положенном ему месте. Теперь этот документ для всех в ГРУ приобретал силу подлинника. Своей подписью он подтверждал не только содержание сводки, но и то, что первый экземпляр действительно подписан и Жуковым и Голиковым. Оставалось только пустить документ в ход. Новобранец вызвал начальника канцелярии.

- Вот сводка * 8. Идет как очень важный и весьма срочный документ. Передайте сразу же в типографию. По готовности тиража немедленно разослать. Получение всем подтвердить. Как только будет получено последнее подтверждение, доложить мне, где бы я ни находился, и когда бы это ни произошло. Машина заработала. Через несколько дней все сводки достигли своих адресатов. Срочность доставки, подтверждение о получении привлекли внимание к сводке, и она немедленно попала на стол потребителей. Ее читали. О ней заговорили: в военных округах, фронтах, армиях. А в Генштабе тем временем трагедия шла к своему естественному завершению. Новобранец, получив доклад, что все вручено адресатам, забрал первый экземпляр и пошел к Голикову. Положил ему на стол развернутым на последней странице и спокойно, но твердо попросил:

"Подпишите!".

- Что это? - взвился Голиков.

- Это сводка, но править ее поздно. Я сдал в типографию без вашей подписи.

- Изъять из типографии, - взвизгнул Голиков.

- Поздно. Она уже отпечатана.

- Немедленно сюда весь тираж!

- Невозможно. Он уже разослан по адресам.

- Вернуть, - крик оборвался на самой высокой ноте.

- Поздно. Она уже вручена, и я получил все подтверждения о вручении. Голиков вдруг стих:

-"Ах, так! - почти шепотом выдавил он из себя.

- Вы еще пожалеете об этом". И подхватив папку со сводкой, умчался к Жукову. На следующий день в кабинет к Новобранцу зашел генерал-майор:

- Мне приказано принять у вас дела. Новобранец позвонил Голикову. Тот ответил:

"Да, сдавайте!".

- А мне?

- Для вас в канцелярии лежит путевка в наш одесский санаторий. Поезжайте, полечитесь. А там посмотрим, как вас использовать. Но Василию и так было ясно. Одесский санаторий ГРУ (Главного разведывательного управления) был негласным домом предварительного заключения. Об этом в ГРУ все хорошо знали. Те из разведчиков, кому предстоял арест, посылались в этот "санаторий" и там через два-три дня, иногда через неделю, подвергались аресту.

Василий рассказывал: "Не надо было большой наблюдательности, чтобы увидеть, что в Одессу я ехал под надежной охраной. Собственно, они даже и не прятались. Ехали в одном со мною купе. Я и их двое. Вторая пара в соседнем купе. Два места у тех, и одно место в моем купе свободны, хотя билетов на станциях не продают: "свободных мест нет". В первый же день я обошел всю территорию "санатория". Надежно ограждена и бдительно охраняется. Не убежишь. Да и куда, собственно, бежать? И зачем? Это тем более невозможно, когда вины за собою не чувствуешь. В "санатории" я, кажется, один. Никого не встретил до конца дня. И в столовой был один. Моя дорожная охрана тоже исчезла, после того как "санаторская" эмка взяла меня с поезда. На душе пакостно. Проскользнула мысль: "Могут, ведь, уже сегодня ночью забрать. И куда повезут? Или прикончат здесь? Удобных мест в "санатории" хватает. А может, и брать не будут. Просто из-за очередного куста пустят пулю в затылок. Никто даже выстрела не услышит. И никто не узнает.

Жену я волновать не хотел. Сказал: "Срочная командировка". Значит, и она не догадается. Нет, догадается. Ведь перестанут мое жалование доставлять. И из военного дома предложат выехать". Так и ходил я по "санаторному" парку изо дня в день со своими, ой какими невеселыми мыслями. На четвертый день проснулся от грохота бомбежки. Разрывы были не очень близко. Прикинул - со стороны военного аэродрома. " Война " - пронеслась мысль. Схватился, быстро оделся. Открываю дверь. Прямо передо мной морда.

- Вы куда?

- На телеграф!

- У нас свой есть.

- Проводите!

- У меня нет указаний.

- Сейчас не до указаний. Вы что, не понимаете - война!

- Какая война? - растерянно лепечет "морда".

- А вы что думаете, это вам теща приветы шлет? - тычу я пальцем в направлении грохота разрывов авиабомб.

- Ведите меня на телеграф!

"Морда" покоряется. Торопливо ведет меня по переходам и, наконец, приводит в аппаратную. Дежурный офицер-связист вежливо приподнялся. Он тоже встревожен звуками разрывов и без возражений принимает мою телеграмму, которую я написал тут же. Вот ее текст (на имя Голикова):

"Прохлаждаться в санатории, когда идет война, считаю преступлением. Прошу назначить на любую должность в действующую армию". Выступление Молотова в 12 часов дня подтвердило то, в чем я и так был уверен: "Война началась". Во второй половине дня прибыл и ответ на мою телеграмму:

"Назначаетесь начальником разведки 6-й армии Киевского особого военного округа. Командующий армией генерал-лейтенант Мужиченко. Выехать немедленно. Голиков". "Выехать немедленно" - легко сказать. А на чем? И куда? Где искать эту несчастную шестую в неразберихе начавшейся войны?

Ссылки:
1. РАЗВЕДСВОДКА N8 (П. Григоренко о подготовке Германии к войне с СССР)

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»